July 10th, 2006

львица на закате

НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКОЕ

Не чуждо нам было
и гениальное мракобесие Розанова,
уверяющего,что счастливую и великую
родину любить не великая вещь
и что любить мы ее должны, когда она слаба,
унижена, наконец, даже порочна….
И когда она умрет, и «обглоданная евреями»,
будет являть одни кости – тот будет «русский»,
кто будет плакать у этого остова,
никому не нужного и всеми плюнутого…

Анатолий Мариенгоф «Роман без вранья»


Лет пятнадцать назад была у меня двоюродная тетка, царствие ей небесное. И на беду родным дядей приходился ей поэт Лебедев-Кумач. И вот на этой почве годам к пятидесяти у тетки слегка поехала крыша. Климакс произвел в ее голове какие-то сложные биохимические метаморфозы, и в результате она всем своим слабым разумом повисла на русской национальной идее. Сам Лебедев-Кумач тонкой красной нитью изящно вписался в узор этой идеи, потому как был сыном русопятого сапожника и пламенным патриотом. Да и вообще – кто же не знал старика Лебедева во времена тотальной пионерии. Белый верх, синий низ, красный галстук и - «Широка-а-а страна моя родна-а-ая-ааа!!»

В принципе, тихое теткино помешательство не сильно нас беспокоило. Тогда много таких «теток» в священном раже скакало по улицам в составе всяких стихийных митингов и демонстраций, и самое страшное, что они могли сделать – это отдубасить кого-нибудь мимо проходящего транспарантом «Бей жидов, спасай Россию».
И все бы ничего, но тетке вдруг помстилось, что именно я недостаточно охвачена в смысле патриотического воспитания. Она зачастила в наш дом, часами сидела на кухне и витийствовала на тему национальной идеи. Вообще-то я могу понять теткин выбор. Во-первых, я тогда еще была молодежь, а значит непрерывно, как с конвейера, подавала надежды, а во-вторых, была воспитана в духе принудительной вежливости, то есть какую бы чушь не нес старший товарищ – терпела и слушала.

- Инородцы! - восклицала тетка, нервно ломая маковые сухарики, - Инородцы у власти погубили Россию! Великая нация, призванная спасти мир, обескровлена! Культура отравлена бездуховностью! Молодежь – развращена! Вот у тебя, - она хватала меня за рукав, - осталась хоть капля этнической ответственности?

- А как же, - я осторожно высвобождалась из цепких рук, помня, что психопатам в пограничном состоянии лучше не возражать, - До фига еще осталось. А тебе зачем?

- А затем, - тетка торжественно подняла палец, - чтобы ты не забывала. У тебя кровь чистая, русская. Семь поколений предков в обе стороны – одни казаки! Это же эталон нравственности, деточка, лучшего генотипа и придумать нельзя.
Ты, когда замуж соберешься, жениха-то к нам приведи. Мы его проверим. И если подходит, то тогда…

Я пристально посмотрела ей в глаза. Они были прозрачны. Тетка честно верила в то, что говорила. Видимо, сработала защита и она забыла. Забыла напрочь, какой во мне течет веселенький коктейль. Те самые мои казацкие предки, нравственная чистота которых так умиляла тетку, явно имели склонность к экзотическим иностранкам. Кого только они не притаскивали из буйных набегов! Прабабки и прапрабабки мои были самого разного цвета, нрава и вероисповедания. И никто в нашей семье не делал из этого секрета. Но тетушке моей было уютно только внутри собственного бреда, который она ревниво охраняла от вторжения какой бы то ни было реальности.

А реальность выглядела так Collapse )