April 1st, 2012

львица на закате

(no subject)

Домашнее прозвище у меня теперь Мармотка (девочка-сурок). Выздоравливающее тельце требует много сна. Сны мне начали опять снится шизофренически-объемные, цветные и пахучие. Больше года их не видела, соскучилась.
Снилось, что стою на набережной Невы в глухом декабре, вокруг выморочный питерский рассвет, и почему-то ни души. А по невскому льду летит в отчаянном галопе поджарый вороной жеребец с длинной растрепанной гривой, ловко маневрируя между торосами. Приглядевшись, я вдруг поняла, что у него восемь ног, как у Слейпнира.
Снилось, что сижу в темном зале на истертом ковре, а напротив меня сидит человек без лица, голый, безволосый и расслабленный, как Голем до магического заклятия. Оба мы каким-то образом лишились кистей рук и соединены общими запястьями. И он старается вытянуть из меня жизнь, а я стараюсь ее удержать. Тянет он зло и жадно, но временами, когда я не могу его одолеть и упускаю поток, проступают черты лица – тонкие, нежные, болезненные, почти женские. И выражение у этого лица жалобное, разве что не плачущее. И я всю ночь разрываюсь между стремлением уцелеть и противоестественным желанием накормить его собой. К утру он, уже вполне оживший и порозовевший, вдруг задергался, пытаясь от меня оторваться. И я проснулась. Так и не узнала, удалось ли ему сбежать. Или мне.
Раза два приходила бледная тень печального отрока в плоской черной шляпе, синем камзоле и нитяных чулках. Бедняга присаживался на край кровати и робко спрашивал, нет ли у меня будильника. Предложенный электронный грустно отвергал, после чего растворялся в воздухе. На третий раз я расхрабрилась и спросила, зачем ему будильник. Мальчик сказал, что слышал, будто теперь есть такие механические устройства, которые могут разбудить в нужное время. И если бы у него раньше такое было, то он бы не проспал и разбудил бы капитана, и тогда «Мэри Роуз» не затонула бы… Утром сердобольный Айболит пообещал притащить в дом старый будильник на случай, если юнга заглянет еще раз. Но парень больше не приходил.

В это мое сновидческое бытие совершенно органично впал фильм Хржановского «Полторы комнаты». Как будто я и не просыпалась, а просто перед сном начиталась писем Бродского к маме с папой. Интересно, что по всем законам жанра я должна была бы главных героев жалеть или, в крайнем случае, им сочувствовать. Но все два часа мне совершенно не жалелось, а почему-то наоборот завидовалось. Фильм настолько интеллигентный (ский?), что у меня было ощущение, будто мне снова 15 и я читаю Солженицына в репринте, прячась с фонарем под одеялом.