karma_amrak (karma_amrak) wrote,
karma_amrak
karma_amrak

Categories:
История одного либидо.

Часть II. Male.
«Я впервые подумал, что умной женщине
кокетничать с нами, мужчинами,
должно быть невыносимо."
А.С.Пушкин  "Письма Вяземскому".
 
Секса в моей семье отродясь не водилось. Чистое, морально незамутненное размножение почкованием было хрустальной мечтой моих родителей. Но поскольку они выросли в тяжелые времена, и так или иначе им самим неоднократно пришлось заниматься этим грязным делом, то все надежды были возложены на меня.
Я должна была вырасти чиста, аки голубица, и тиха, как вода в пруду. Но что-то пошло не так с самого начала.
Отец с матерью исповедовали патриархальные ценности с некоторым благородным милитаристским уклоном. Все детство папа меня обожал. Ни разу в его присутствии я сама не открыла дверь машины, не налила себе чаю, не подняла ничего тяжелее школьного портфеля. В день пятнадцатилетия пол моей крохотной комнаты был усыпан лепестками красных и белых роз так, что не видно было ковра. Проснулась я от густого и пьяного цветочного аромата и минуты три была счастлива.

Меня одевали. Развлекали. Опекали. Оберегали. Мною хвастались перед друзьями. За меня были готовы набить морду и натянуть глаз на жопу кому угодно в любой момент.
И конечно, неизменное застольное: «За прекрасных дам! Наше офицерское! Два коротких, одно раскатистое! Урра! Урра! Уррааааа!»
За все это от меня требовалась сущая безделица. Не то чтобы «не иметь собственных убеждений» - какие могут быть, помилуйте, убеждения у младшей женщины в роду. А просто чтобы я не создавала проблем. Терпение. Кротость. Мягкость. Непротивление назиданию. И прочие викторианские добродетели.

При этом ни мой природный темперамент, ни родовая гордыня, доставшаяся мне, кстати, по наследству, ни вечный мой интеллектуальный голод в расчет не принимались.

Такое воспитание сделало из меня гения мимикрии. Я могла, в зависимости от обстоятельств, обернуться чем угодно: роковой стервой, милой пусечкой, влюбленной дурой, своим в доску парнем, домашней курицей, демонической женщиной, королевой-матерью. Все для вашего удовольствия и моей безопасности, как я ее тогда понимала. Лет до тридцати я верила в то, что это и есть мой настоящий характер.

Гром в раю грянул, когда папа узнал, что я кручу пылкие шашни сразу с тремя ухажерами. Глубина моего нравственного и физического падения сразила его наповал. И в семнадцать лет я с грохотом навернулась с алтаря отеческой любви. Обломки наших отношений спасло только то, что двое из ухажеров плакали и просились в зятья.
Из чего отец сделал вывод, что я, конечно, блядь, но не подстилка, а просто дура.
Этой спасительной версии моя родня придерживается до сих пор.

Вы помните начало девяностых, нет? Мои подруги-панки лишали себя невинности черенком ложки или горлышком бутылки и ставили эту окровавленную бутылку на кухонный стол перед предками, чтобы они раз и навсегда отстали от них со своим вечным рабоче-крестьянским «початая девка никому не нужна». Я считаю, что мои «шнурки» обошлись малой кровью, во всех смыслах.

А мой неопытный юный организм требовал брутальных мужиков, желательно, брюнетов, из тех, которые могут трахнуть, стоя, и выпить, не закусывая. Это все были бывшие спортсмены, военные или бодрые представители разнообразных силовых структур.

Пока я молчала, все шло прекрасно. Моя материнская фигура с сиськами и жопой, и умение варить щирый украинский борщ кружили головы и вводили в заблуждение даже опытных мужиков.
Проговаривалась я случайно, забывшись минут на десять. Не то чтобы я выбалтывала что-нибудь очень умное. Просто уже тогда потихоньку заработала ядовитая железа, подвешенная у меня на нервной струне где-то между языком и гипоталамусом. И тут я натыкалась на взгляд, полный недоумения. Типа – опана! Говорящая баба. С таким лицом, наверное, Валаам наблюдал свою ослицу, впавшую в религиозный транс. Выражение лица гласило: "Это очень интересно, и даже волшебно, но не могла бы ты заткнуться, а то я боюсь?»
Полюбовавшись на пятую по счету опрокинутую физиономию, я плюнула, и помолясь, перешла на интеллектуалов.

С ними дело пошло веселее. В сексе они были гораздо талантливее, потому что не пренебрегали психологическими играми и до, и после. А некоторые одаренные особи – и во время его. Правда, приходилось терпеть некоторую скособоченность фигуры, излишнюю чувствительность и перхоть в усах, но зато они умели организовать на ровном месте такой горячий, долгий и многослойный флирт, что после него секс шел уже как необременительный десерт после главного блюда.
Но даже и не в этом было дело.
Они кормили мой мозг. Напрямую, на сексуальной волне, вшивали то, что знали, прямо в подсознание, минуя все пограничные заставы. Благодаря им я теперь отлично разбираюсь в античной литературе и искусстве Возрождения, неплохо ориентируюсь в философии, музыке, религиоведении, основах квантовой теории и каббале. Да и вообще могу с умным видом поддержать разговор на многие темы, не залезая при этом в гугл. Трепаться о любимом деле они могли часами. Мне оставалось только впитывать.

У этих очаровательных умниц был только один маленький изъян. Они были, как правило, полигамны. Меня это как раз не угнетало – меньше ответственности. Но вот жены их и сожительницы, измученные этой самой полигамностью, были чрезвычайно нервозны.

С женами у меня велась затяжная скифская война. Меня душили лифчиком, обливали кислотой, пытались столкнуть с перрона под поезд. Били. Топтали. Рвали на мне одежду.
Да что уж там. Приятно вспомнить.

Но тогда это было тем более непонятно и обидно, чем больше у этих мужиков было любовниц.
На мой недоуменный вопрос «почему именно меня?» одна из оскорбленных жен, напрягши лобную долю, сказала, мол, я захожу, а вы с ним лежите – и разговариваете.
Вот это я могла понять. За такое – сразу канделябром.

В перерывах между похождениями я пару раз сбегала замуж по большой любви и там немножко посидела. Ну, что вам сказать, господа присяжные. Человеку, менее непоседливому, чем я, замужем за хорошим мужиком должно быть уютно. Да я и до сих пор время от времени туда хочу, если сильно устаю. Но стоит выспаться и пропить курс витаминов, как желание это отпадает.

Я очень хорошо помню момент, когда мне стало скучно. Это был Питер, чужая квартира, белые ночи, и в окне спальный район, залитый мертвым светом. В эту секунду тоска подцепила меня холодными стальными крючьями под ребра и повесила так болтаться над миром.
«Господи», - подумала я, как это водится у нас, у агностиков, - и это что – всё? Сделай так, чтобы было интересно. Дай хоть поглядеть на что-нибудь любопытное».

И Господи - дал.
Он вообще всегда ко мне хорошо относился, так что редко приходилось просить его дважды.
А наказанием за подобные капризы обычно служило само исполнение желания.

Третья часть - будет. ))
Tags: не вырубишь топором
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 133 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →