Category: праздники

Category was added automatically. Read all entries about "праздники".

львица на закате

(no subject)

Знатно отметили день рождения Irish bar BlackSmith. Место козырное, Guinness аутентичный, бармены брутальные, нравы незатейливые, музыка ирландская плясовая. Было хорошо.



львица на закате

(no subject)

Вот уже год какая-то инкогнита троллит меня нежными и печальными смсками. Первого января пришло сдержанно-интимное поздравление с неизвестного номера, на которое я в запарке даже не ответила. Через семь дней – с того же номера – упал горький вопрос-упрек: «А ты вообще любила меня когда-нибудь?». Я перебрала в уме всех, кого любила, и по всему выходило, что инкогнито в явном пролете. Те из бывших, что еще живы, не стали бы переспрашивать. Никогда не умела скрывать свои страсти-любови, все, что я чувствовала, было у меня на лбу написано и торчало из глаз. Надо быть сильно запущенным неврастеником, чтобы усомниться.
Через пару месяцев, перед днем рождения: «Гуляю по Сретенке. Вспоминаю тебя».
Перечитала. Всплакнула. Сретенка с ее окрестностями мое любимое московское место, и какого только черта лысого я там не выгуливала. Не выдержала, аккуратно поинтересовалась, мол, ты кто, добрый человек? Прости, нервы ни к черту, память как у верблюда. Но меня казнили оскорбленным молчанием.
Еще через пару месяцев, летом, внезапно: “Те, кто не учится на своих ошибках, обречены повторять их. Сантаяна Джордж».
Действительно, думаю, ай-яй-яй. Живешь, головы не поднимая, нет даже времени покаяться. Вот и сейчас, извините за неровный почерк. Что ж я, склеротик, сделала этому, по всему видно, хорошему и начитанному человеку? Не дает ответа.
Ладно, думаю, пусть. Продолжаем разговор. Может, со временем выдаст себя, а то из этих посланий даже гендерная принадлежность не ясна.
В начале сентября вдруг прилетело оптимистическое: “Свобода! Ты мне больше не снишься».
Жидкий пошел народишко. Мы вот, бывало, по пять лет страдали от неразделенной любви, а тут каких-то восемь месяцев и уже свобода. Несерьезно.
И наконец, недавно: «Прощай. Я больше не напишу. Удачи тебе».
То есть меня поматросили и бросили. Как всегда. Жизнь просто череда фрустраций, эх. Мучайся теперь, гадай, вспоминай.
Так что, дорогое инкогнито, если ты хотело мне за что-то отомстить, тебе вполне удалось.
львица на закате

(no subject)

Вчера я узнала, что из восьмидесяти ветеранов, которых я два года назад снимала для «Галереи Славы», в живых осталось только пятеро. Так что, скорее всего 70-летие Победы мы будем встречать уже без них. Вообще без них.
От этой простой мысли чувствую себя странно и неуютно. Как будто где-то глубоко жила во мне младенческая вера в то, что люди, пережившие такую войну, будут существовать вечно и не умрут никогда.
Хотя мне этого никто и не обещал.
А вообще такой пиздец вокруг творится, что даже не хочется ничего писать.
Просто поздравляю всех. Как бы и кто не пытался этот праздник изгадить, все равно он стоит того, чтобы его праздновать.
львица на закате

(no subject)

Витиевато отметили Рождество с aibolit56. Он честно верит в само рождение и воскресение, а я нежно люблю Иисуса, как парохода, человека и миф.
В результатет мы весело бухали Абрау Дюрсо, слушая золото Сукачева и перечитывая давнюю "Книгу Натаниеля" (Знаете, был когда-то в 2006-м такой юзер polumrak, который сказал, что хотел (с точки зрения культурологической и физикоматематической), и замолк навеки, за что ему тихий мой респект.
Тааак хорошо отдохнули. Чего и вам желаем.
львица на закате

по следам восьмой марты ;-))

В кафе за столиком сидел большой армянский мужчина, судя по барским замашкам, хозяин заведения, и сосредоточенно капал на стол воском со свечки.  Осмотрел накапанное, остался доволен и позвал весело:
- Гуля!
Подошла умотанная за день в хлам официантка,  приятная сороколетняя тетка.
- Это тебе, - говорит хозяин и смотрит эдак ласково.
- Ой, как красиво, Ашот Артанович, спасибо большое, -  официантка профессионально просияла от счастья. 
Ашот Артанович удовлетворенно хлопнул ее по плечу, мол, прогиб засчитан, и вышел.
А тетка взяла нож, тряпку и начала оттирать размашистую, в полстола, надпись "Паздравляю с 8 марта!!"

......

В сквере на дереве сидела девчонка лет  двадцати и рыдала в голос. Под деревом стоял парень, зажав под мышкой букет белых тюльпанов, и кричал:
- Анька, слезай, коза, не дури. Я пошутил, ну! У тебя лучшая задница в районе!

......

Друг получил вчера ближе к ночи смску от дамы: "Обошлось без инфаркта? С 9ым марта, мужики!"
львица на закате

Поздравляю с праздником всех.

Я старая. Для меня это все еще близко и болит. Я, может, и хотела бы забыть, зашнуровать себе гвардейскую ленточку в кроссовку и пойти по городу гулять, да как. Я эту давно прошедшую войну изучала по шрамам. Дедушкиным - осколочным. Бабушкиным - пулевым. Маминым - после глубокого обморожения. В этом году умер последний из выживших после войны дядьев моих. Дважды горел в танке, весь в черных стягивающих рубцах, я его в детстве очень любила, царствие ему небесное.
Сижу, помню, возле него, маленькая, вожу пальчиком по бугристому, изрезанному шрамами плечу, интересно мне, дуре малолетней.
- Дядьвась, а это че?
- Война это, Лелька. Война была.
- Дядьвась, расскажи!
- Ну ее к ляду, говорить еще о ней. Зачем тебе...
Не знаю я, зачем. Мне вот жаль, что я сегодня далеко и до бабушкиной могилы не доберусь, а то бы посидела, камушек бы погладила, стопочку бы ей поставила. К концу жизни была она уже маленькой, сухонькой старушкой, живой, насмешливой и совершенно бесстрашной. Не боялась ничего - ни скоростных лифтов, ни машин, ни эскалатора в метро, ни злых собак, ни бешеного начальства, ни политической смуты, ни сумы, ни тюрьмы, ни смерти. Все прошла, все видела, все пережила. Похоронила семерых из девяти своих детей, чего уж, действительно, после этого можно бояться, не знаю. Последние пару лет перед смертью, с мая по октябрь, жила она у нас на даче в Подмосковье. Недалеко от нас была воинская часть, под завязку набитая молодыми, бритыми, ушастыми и вечно голодными солдатам. А при части было кладбище, на котором лет пятьдесят уже хоронили преимущественно военных, их чад и домочадцев. Так вот, бабушка каждый год в День Победы требовала, что бы мы пошли на кладбище и на каждую могилу со звездой поставили бы стопочку с водкой и черным хлебом. А было их, этих могил, штук двадцать, не меньше. И нам, молодым, было лень, конечно, что уж там.
- Бабуль, ну, давай мы на самые старые могилы поставим, а ? У нас и стопок столько нет…
- Нет. Всем. В стаканы, если что, нальете, не обеднеете.
- Бабу-у-уль, ну, зачем?! Все равно же солдатня все выпьет и сожрет, и часа не простоит!!

И тогда она смотрела на нас с такой горькой, нежной, глубокой жалостью и говорила без злобы, без гнева, но очень устало, как бы отчаявшись объяснить очевидное:
- Дураки вы все. Х-хосподи, какие же дураки…

...Мы ее и похоронили там, среди старых могил со звездами, начальство воинской части без звука выдало разрешение, черт его знает почему. Мы ничего такого не делали, просто рассказали все, как было - бабушка, мол, так и так, три войны, девять детей, девяносто восемь лет. И в тот же день, взяв бумажку с разрешением, похоронили ее на холме, под плакучей березой на солнечном таком месте, ей бы понравилось.

Так что не надо мне в ухо орать, что помним и гордимся. Я и так помню. Без этого.


Поклонка, 9 мая 2005 года
львица на закате

про любоф-ф-ф...

Когда наступает этот день, и моих сограждан всех возрастов вдруг ударяет коллективным припадком, и начинается повальное взаимное дарение плохого шоколада и красных ватных сердец в синтетических кружевах, мне хочется забраться под одеяло с головой, а к одеялу пришпилить табличку «Я здесь не при чем! Прошу не беспокоить.»
Мда. Проблема только в том, что я здесь очень даже при чем, и невинно убиенный старец Валентин грозит мне пальчиком с облака – мол, не выпендривайся, дочь моя, не гневи небесную канцелярию.
А это потому, что я люблю и любима. И я говорю об этом каждый день, и каждый раз, когда я это говорю - это чистая правда. И официально застолбленный праздник влюбленных не помешает мне сказать еще раз: я люблю тебя, медвежонок, ресничка моя, самый близкий из людей. )) И когда я изредка выныриваю из собственных рефлексий, меня схватывает судорога счастья, и я благодарна этому Придурку, который там, наверху, распоряжается всем этим, что ты есть рядом со мной, здесь и сейчас…