Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

львица на закате

новости чистилища

львица на закате

не реклама, а капризное имхо.

По традиции зову во всякое.

«... И созерцать этот мир несказанный...» Программа памяти Беллы Ахмадулиной

Намекаю - пение и чтение. Помимо самой Беллы будут Цветаева, Ахматова, Пастернак, Мандельштам.
Collapse )


Французская камерная музыка от Куперена и Рамо до Мессиана и Булеза, музыкальная гостиная дома Шуваловой, очень уютно, если предупредить о себе заранее.


Collapse )


Рори Галлахер – великий ирландский блюзмен

Как и все великие блюзмены, как таблоидная звезда он был никто. Но при этом играл как боx, всех зову.
Вечер памяти, само собой, потому что сам он уже пятнадцать лет, как умер, так что только записи, фильмы и свидетельства очевидцев.

Collapse )


Группа Cвободного Движения

ПрихОдите - и двигаетесь свободно, осваивая простанство. Не можете - помогут, чего уж тут.

Collapse )
львица на закате

(no subject)

Врать не стану, прошедший год выдался тяжелый. Хотя и легче, чем предпрошедший, но тем не менее. Качественно переломился он где-то в сентябре, и пошел вверх, пыхтя, как паровоз П36 на подъеме.
Сейчас чувствую себя, как известный барон на пушечном ядре - из жерла уже вылетела, но где приземлюсь, и приземлюсь ли вообще - черт знает.
Весело, холодно, страшно и в ушах свистит.))
львица на закате

"... я таких, признаться, даже в метро не встречал..."

Выползаю вчера вечером из кабинета травматолога, будучи несколько под лидокаином, и наталкиваюсь в коридоре на джентльмена, который вдруг при виде меня округляет глаза и выдыхает:
- Господи. Какая же вы красивая.

Вообще, в жизни главное не заострять внимание на несущественных деталях. Джентльмен, безусловно, был бухой, траченый жизнью, да к тому же стукнутый по маковке чем-то тяжелым. На голове у него лихо набекрень было намотано вафельное полотенце, набрякшее кровью.
Так что в его способности адекватно оценивать увиденное можно и усомниться. Но вот в искренности - нет. Он был явно в восхищении.

Вот ведь парадокс. В обычной цивильной обстановке комплименты до меня доходят с трудом. Просеянные через скептическое сито, они обращаются в прах и пыль и уносятся первым ветром.
А тут выхожу на крылечко, ночь, снег, вьюга. Господи, вдруг думаю, действительно, я такая красивая
Как я могла забыть-то.

Пы.Сы. Со мной все нормально, я туда на плановую проверку заходила.
львица на закате

дорожное

…Ижевский поезд, брутальный плацкарт транзитом через Москву. Примерно через сорок минут после того, как затихли пьяные маты, с верхних боковушек начали падать мужики. Один за другим. Молча, с войлочным стуком, как яблоки по осени. Полежат, потом встанут на четвереньки – и обратно на полку лезут. И опять падают. Первые два часа я, грешным делом, нервничала. А потом подумала – что-то в этом есть. Какой-то знакомый ритм, что ли. Бух-хсс-блямсблямс-хррррр. Бух-хсс-блямсблямс-ик-хррррр…
Слушала, слушала - так и заснула.

…Шесть утра, вагон метро. Лет пятнадцать езжу, а рассветные типажи почти не изменились.
Загулявшая парочка, трогательно, вповалку спящая друг на друге.
Умотанная в хлам тетка с ночной смены.
Само собой, классический алкаш.
Проститутка с лицом размазанным, как поплывшая восковая маска.
Бабулька с кошелкой, из которой торчит рассада.
Человек с баулом – пассажир с ночного поезда (я, как всегда).
Суровый гражданин (гражданка), свежий, наглаженный, бодрый. Смотрит на всех с осуждением. Все на него – с отвращением. Еще и зарядку, небось, с утра делал, ссуко. С обтира-а-анием. Гадость какая.
Относительно интеллигентный мужик средней помятости – едет домой после драматического свидания «а вот и муж приехал из командировки».
Дамочка «за тридцать» со сбившейся прической и морщинами, прорисованными безграмотным макияжем - свидание а-ля «не ломайся, детка, сама-сама, пока стоит».


И все-таки нюансы. Проститутки теперь разнополы, а парочки часто – наоборот. В руках у всех непременное пиво. Алкаш уже не просто алкаш, а – бомж, колоритный и ароматный. «Дамочка» и проститутка теперь практически два родственных подвида, только проститутка выглядит уверенней и не так заревана. Помятый джентльмен полысел, истрепался, да ко всему еще и заметно пьян. И только бодрый гражданин (гражданка) никуда не делся, никак не изменился, и даже отглаженный костюмчик на нем, похоже, все тот же.

Помню, была у меня в приятелях семья одна. Познакомились они в субботу в шесть утра, в таком вот вагоне. Ее выгнал обожаемый любовник, потому что любил спать один, его – обожаемая любовница – нервничала, что муж может случайно приехать внеурочно. От стрессу и он, и она так вцепились друг в друга, что вот уже восемь лет никак расцепиться не могут.
Не знаю, к чему это я.
Рассветов не люблю, вот что.
львица на закате

мой шестой пост, что уж там )))

10:31 pm - Гаудеамус игитур...
История, леденящая кровь. Еду в электричке на дачу. В вагоне, как водиться, не продохнуть – все направляются по своим латифундиям предаваться сбору урожая. В проходе толпится разномастное юное студенчество, экипированное так, как будто едет на светлой памяти совковую «картошку». Народ поглядывает на них искоса, умиляясь. Однако ж, не тут-то было. Студенты вдруг начинают дурными голосами, под руководством невидимого мне регента, который благоразумно прячется в тамбуре, репетировать речевку:
«Кто знает мнение толпы? Это мы!
Кто научит жить ребят? Соцотряд!!»
Мозг вместе с волосами встал у меня дыбом. Но это еще все. Там еще песня была. Слов не помню в точности – память яростно воспротивилась моим попыткам изнасиловать ее столь грубым образом. Помню только, что там фигурировал некий студент, бредущий где-то, а у студента был «потухший взор». Это потому, что он понятия не имел о существовании некоего «соцдозора», и жизнь его вследствие такого вопиющего упущения, была лишена всякого смысла. Но не надо рыданий. Во втором куплете студент уже не бредёт, а бежит, подозреваю, вприпрыжку. И у него уже «счастливый взор». И вот фиг же догадаешься, что его так осчастливило. Оказывается, «его учиться научил наш соцдозор»… А невидимый регент после каждой такой душевно исполненной песенки выкрикивал нервным девичьим голосом: «Не верю!! Не верю!! Еще раз!».
Все это длилось более часу. Народ наш, богоносец, однако ж, безмолвствовал. Молчали бабки, которые обычно способны съесть с потрохами и за более мелкие прегрешения, чем растянутые во времени коллективные петушиные вопли. Молчали похмельные мужики, у которых, наверное, каждая речевка разрывалась в башке, как мина-бабочка. Молчали мамаши с малолетними отпрысками на коленях, которые бы не знаю что отдали за то, чтобы их чада заснули на часик-другой. Очевидно всех впечатлила судьба студента, которого настиг где-то прямо на улице этот самый «соцдозор» и тут же, не сходя с места, научил жить. Генетическая память каждого из нас вопияла о сдержанности. Я подыхала от отвращения. Студиозусы ехали на какой-то сбор, стало быть, их таких не одна сотня. И все речевки вопят. В голову почему-то лезли юные «ангелы» Савонаролы, каждому из которых было не больше пятнадцати лет, что не мешало им с чисто детской непосредственностью отправлять на костер всех инакомыслящих. Тоже ведь, небось, учили жить…

А может, я лукавлю. Может, и не в «ангелах» дело. Но, господибожемой, в таком революционном возрасте орать такие отвратительные стихи, да еще и хором… Бр-р-р-р-р…
львица на закате

Гаудеамус игитур...

История, леденящая кровь. Еду в электричке на дачу. В вагоне, как водиться, не продохнуть – все направляются по своим латифундиям предаваться сбору урожая. В проходе толпится разномастное юное студенчество, экипированное так, как будто едет на светлой памяти совковую «картошку». Народ поглядывает на них искоса, умиляясь. Однако ж, не тут-то было. Студенты вдруг начинают дурными голосами, под руководством невидимого мне регента, коий благоразумно прячется в тамбуре, репетировать речевку.
Которая звучит так:
Collapse )